Осетровые на Амуре не соответствуют критериям включения в Красную книгу

Отправлено 20 нояб. 2016 г., 23:03 пользователем Tin Tinro   [ обновлено 20 нояб. 2016 г., 23:04 ]


В сентябре этого года Министерство природных ресурсов опубликовало законопроект по изменению списка животных и растений, находящихся в Красной книге РФ. Проект новой Красной книги был представлен в Росрыболовство и подведомственные ему организации, занимающиеся мониторингом, охраной и искусственным воспроизводством промысловых ресурсов. В новом проекте все популяции амурского осетра и калуги были включены в краснокнижную классификацию 1 «Находящиеся под угрозой исчезновения» (Critically endangered (CR) по международной классификации), причем без сопутствующих материалов (обоснований). Документ сразу вызвал вопросы у чиновников Росрыболовства, представителей рыбохозяйственной науки и рыбаков.

Специалисты указывают на отсутствие оснований для внесения популяций амурского осетра и калуги в Красную книгу. Результаты регулярных исследований осетровых запасов на Амуре свидетельствуют, что оба вида не подходят под критерии внесения их в классификацию, как находящиеся под угрозой исчезновения.

В 2014 году Институт проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова РАН, отвечающий за формирование предложений по включению/исключению в Красную книгу Российской Федерации объектов животного мира, направлял в ТИНРО критерии и рекомендации по определению охранного статуса животных. В документе «Инструкция по использованию категорий и критериев Красного списка МСОП (Международный союз охраны природы)» были даны разъяснения по оценке степени уязвимости (степени угроз выживания) и приданию статуса редкости отдельным видам.

Одним из важнейших критериев является географическая область распространение популяции (ареал). Если ареал сокращается, то это можно считать поводом для рассмотрения вопроса об изменении охранного статуса. Но, ученые ТИНРО-Центра и его Хабаровского филиала, опираясь на результаты многолетних наблюдений, однозначно говорят, что в случае с амурским осетром и калугой такого не происходит.

«Исследования последних 10 лет, в том числе и специализированные, показывают, что оба вида отмечаются на всем ареале, включающем русло Амура, реки Уссури, Сунгари, Тунгуска, Амгунь, Зея и Бурея, Амурский лиман и прибрежные воды Охотского и Японского морей – сообщает заведующий отделом координации исследований в области аквакультуры Хабаровского филиала Всеволод Кошелев. Наблюдения отражены в ряде научных работ, описывающих ареал и современное распределение калуги и амурского осетра» (см. список работ).

Немаловажным критерием для изменения охранного статуса является количество половозрелых особей вида. В документе «Инструкция …..» указано, что критическим для выживания вида считается количество половозрелых особей до 10000 экземпляров. Данные научных съемок показывают, что численность половозрелых особей калуги составляет 86,9 тыс. экземпляров, амурского осетра – 101,3 тыс. экземпляров.

Таким образом, анализ официальных научных данных наглядно показывает, что размышления о «катастрофическом» уменьшении численности и ареала калуги и амурского осетра не имеет под собой достоверных научных оснований. По мнению ученых дальневосточных рыбохозяйственных институтов, состояние популяций амурских осетровых в настоящем никак не может рассматриваться как основание для введения их в Красную книгу. Стоит отметить, что ранее в Красной книге значились только зейско-буреинские популяции калуги и амурского осетра, но почему-то в новом законопроекте, вдруг оказались все популяции калуги и амурского осетра.

Если исходить из критериев МСОП, описанных в упомянутой «Инструкции…», то однозначно можно утверждать, что оба вида относятся к категории Least concern, таксоны наименьшего риска или в дословном переводе «вызывающие наименьшие опасения», отмечает Всеволод Кошелев.

Однако в массовом сознании названия этих категорий и их смысловая разница часто перемешиваются, поэтому иногда даже объекты, попадающие в Least concern, воспринимаются, как краснокнижные виды с подорванными запасами, требующие особой защиты.

По большому счету, с юридической точки зрения, Красная книга МСОП, как и Красные листы, сами по себе не являются правовыми документами, а носят рекомендательный характер. Официальным международным соглашением, которое регулирует правовые вопросы контроля за использованием редких видов, является СИТЕС (Конвенция о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой уничтожения). Калуга и амурский осетр уже включены в его список, поэтому для организации международного контроля за использованием этих объектов не требуется никаких изменений их охраняемого статуса в России. Полную отчетность по работам с осетровыми рыбами итак ежегодно предоставляют в СИТЕС региональные рыбоводные учреждения и организации, подведомственных Росрыболовству. К примеру, ТИНРО-Центр ежегодно отчитывается по состоянию ремонтно-маточных стад, результатам и прогнозам нерестовых кампаний на Лучегорской рыбоводной станции.

Но Красная книга РФ фигурирует в других нормативных документах, регулирующих хозяйственную деятельность и определяющих полномочия ведомственных структур в Российской Федерации. Для России юридические последствия безосновательного включения всех популяций калуги и амурского осетра в категорию «Находящиеся под угрозой исчезновения» есть, и они весьма серьезные. Об этом уже писалось ранее на сайте Федерального агентства по рыболовству и в средствах массовой информации. Если сейчас работы по мониторингу, изучению, охране и искусственному воспроизводству осетровых, как промысловых водных биоресурсов, обеспечивает Росрыболовство и подведомственные ему организации, то в случае попадания «царской рыбы» в Красную книгу, этих полномочий у них не будет. В соответствие с Постановлением Правительства Федеральное агентство по рыболовству ответственно за мониторинг, контроль состояния и охрану водных биоресурсов, НЕ занесенных в Красную книгу РФ. А значит никто не будет проводить регулярные исследования состояния запасов осетровых, не будет изучать их биологию. В разы усложнятся работы на рыбоводных предприятиях по их искусственному воспроизводству. Самое печальное, что единственная реальная угроза для осетровых – браконьерство – от этого вряд ли исчезнет. В настоящее время Правилами рыболовства запрещен коммерческий вылов осетровых (разрешен только в научных, контрольных целях и для воспроизводства), однако это не останавливает нарушителей. Поэтому маловероятно, что даже ужесточение наказания будет способствовать спаду браконьерства, тем более что инспекторы теруправлений Росрыболовства не обязаны обеспечивать охрану краснокнижных видов. Ярким примером внесения вида в Красную книгу и последующим бездействием в сфере охраны и мониторинга состояния запасов является географический «сосед» амурских осетровых ‒ сахалинский осетр, находящийся в «краснокнижном» статусе с 2000 г. В настоящее время никто толком не занимается ни охраной, ни изучением, ни искусственным воспроизводством этого объекта. Сейчас сахалинский осетр действительно находится на грани полного уничтожения.

Важно отметить, что осетровые ресурсы Амура управляются двумя государствами, Россией и Китаем, поэтому меры, предпринимаемые одной стороной должны быть адекватны мерам другой. Это также значит, что обе стороны должны будут брать на себя аналогичные обязательства по их изучению, охране и воспроизводству. На недавней встрече в Харбине российско-китайской Рабочей комиссии по управлению рыбным промыслом в пограничных водах рек Амур и Уссури представители двух стран договорились о единой методике проведения научных исследований осетровых и об обмене информацией по состоянию запасов. С учетом достигнутых соглашений, говорить о смене схемы управления ресурсами в одностороннем порядке, и тем более, отказываться от мониторинга их популяций, было бы неправильно. 

 В связи с этим, ученые ТИНРО-Центра предлагают исключить из предложенного Министерством природных ресурсов перечня объектов для включения в Красную книгу амурского осетра и калугу, за исключением их зейско-буреинских популяций.

 

Comments